КАК БУДТО

Опять торговец бумажным счастьем
свой короб носит по дворам и ручку крутит.
На всём приморье — туман с ненастьем,
а он о радугах поёт. Должно быть, шутит.
Кромешный смог на город лёг, в порту заторы...
А счастье — что ж! Всё только ложь.
Где света ждёшь — всё шторы.

Бумажной чушью шутник торгует,
распелся — что твой зазывала перед пьесой.
Как будто знает, о чём толкует,
хотя сюжет и от него закрыт завесой.
Катрин-шарман... туман, туман в порту ненастном.
За грош соврав — торгаш не прав.
Но спев-сыграв — воздаст нам.

Одна музыка — товар дешёвый,
её кто разве что не чуток, тот не слышит.
Она пред светом покров тяжёлый
пускай не сдвинет, но всколеблет и всколышет.
Что там за ним? Конечно, Крым. Конечно, бухта.
Катрин-шарман, жасмин-шафран...
А не туман. Как будто.

Покров сомкнётся, жасмин завянет.
Шарманку выбросив, торгаш освоит лютню.
В чём соль сюжета — ясней не станет,
но дым над гаванью растает сам к полудню.
Условный знак пришлет маяк, моргнув из Крыма.
А ровно в час придет баркас,
на этот раз — не мимо...

Всё дело в нотной беспечной строчке.
Не ты поладишь с ней: она с тобой поладит.
Расчёт по курсу — в конечной точке,
где разве только кто не чуток, тот не платит.
А Крым ли там, иль Амстердам, Марсель, Калькутта...
Отсель дотоль — всё только соль.
Да соль-бемоль. Как будто.

2011